Поревит как воин: почему пятиликий бог вышел на битву без меча
Среди славянских богов есть образы, которые будто сами требуют назвать их воинственными. Перун поднимает громовое оружие, Яровит появляется рядом со щитом и военной силой, Ругевит окружён мечами. Но Поревит разрушает привычную картину. Его изваяние имело пять голов, стояло в отдельном святилище на острове Руяне и, согласно сохранившемуся описанию, не держало никакого оружия. Ни меча, ни копья, ни щита. И всё же этот безоружный пятиликий бог находился в культовом пространстве народа, который годами сопротивлялся чужому натиску и не собирался добровольно отдавать ни землю, ни веру.
Так был ли Поревит воином?
Простой ответ звучал бы удобно: да, это ещё один славянский бог войны. Можно было бы добавить ему сияющий меч, кольчугу, коня, знамя и рассказ о великой битве. Именно так сегодня часто создаются красивые, но пустые мифологические картинки. Однако настоящий образ Поревита гораздо интереснее поздней фантазии. Он заставляет задуматься, всегда ли воин определяется оружием и не бывает ли сила без меча страшнее силы, которая постоянно размахивает клинком.
Поревит не оставил после себя подробных мифов. Мы не знаем древних песен о его подвигах, не можем уверенно назвать его противников, священных животных или дни больших празднеств. О нём сохранилось слишком мало сведений, чтобы составлять удобную биографию. Зато сохранившихся деталей достаточно для настоящего спора.
Пять голов. Отдельный храм. Почитание у балтийских славян. Соседство с Ругевитом и Поренутом. И демонстративное отсутствие оружия.
Возможно, именно здесь и скрывается смысл Поревита как воина.
Бог, которого увидели в день поражения
История Поревита дошла до нас не в торжественном гимне его почитателей, а в рассказе победителей. Это важнейшее обстоятельство, о котором постоянно забывают любители уверенных реконструкций.
В двенадцатом столетии датские войска захватили земли руян — балтийских славян, населявших остров Руян. После падения Арконы и уничтожения главного святилища Святовита настала очередь других культовых центров. В Коренице находились храмы нескольких почитаемых божеств, среди которых были Ругевит, Поревит и Поренут.
Изваяния уничтожали публично. Это было не обычное разрушение деревянных статуй, а удар по религиозному и общественному порядку побеждённого народа. Уничтожить бога перед глазами его почитателей означало показать, что прежняя защита якобы больше не действует, старые клятвы утратили силу, а власть теперь принадлежит завоевателю.
Поревит появляется в письменном повествовании именно в этот момент. Не во время праздника, не перед походом, не в молитве жреца, а под топорами чужих воинов.
Сохранившееся описание предельно кратко: изваяние Поревита имело пять голов и было безоружным. После его уничтожения завоеватели двинулись к следующему храму.
На этом надёжные сведения почти заканчиваются. Всё остальное — сравнения, предположения и попытки понять утраченную систему верований.
Но даже краткого сообщения достаточно, чтобы увидеть трагедию. Последний известный эпизод истории Поревита — это не его победа, а уничтожение его изображения. Однако поражение народа не означает бессилия его богов. Оно означает лишь, что о них рассказывали те, кто пришёл после победы.
Если бы сведения о многих современных странах сохранились только в записях их завоевателей, потомки получили бы крайне странную картину. Они знали бы, какие дворцы были сожжены и какие знамёна сорваны, но почти ничего не знали бы о том, что эти символы значили для живших там людей. Примерно в таком положении находится любой исследователь Поревита.
Мы видим обломок. А восстановить пытаемся весь храм.
Можно ли называть Поревита богом войны
Здесь необходимо сказать то, что наверняка возмутит часть поклонников славянской мифологии: нет прямого свидетельства, в котором Поревит однозначно назван богом войны.
Его нельзя безоговорочно поставить рядом с Ругевитом, которого средневековый автор связывал с военной силой. Нельзя уверенно заявить, что перед походом Поревиту приносили жертвы, что его знак несли на знамени или что дружинники давали перед ним клятвы. Такие подробности выглядят эффектно, но источник их не подтверждает.
Означает ли это, что тема «Поревит как воин» ошибочна?
Не обязательно.
Воинская сила в традиционной культуре не ограничивалась отдельным богом с мечом. Война затрагивала весь мир общины. Чтобы выступить против врага, требовались не только вооружённые мужчины. Нужны были урожай, скот, запасы, здоровье, крепкие семьи, единство рода, решимость старейшин и вера в защищённость земли. Если рушилась хотя бы одна опора, самый острый меч переставал спасать.
Поэтому божество могло участвовать в воинском устройстве мира, не являясь прямым покровителем боя. Один бог давал ярость, другой сохранял порядок, третий обеспечивал изобилие, четвёртый охранял границы, пятый укреплял единство народа. Для современного справочника это слишком сложно. Для живой культуры — совершенно естественно.
Поревит стоял рядом с Ругевитом и Поренутом не в случайном собрании деревянных фигур. Вероятно, эти образы образовывали определённую смысловую систему, хотя её точное устройство утрачено. Некоторые исследователи пытались увидеть в них три взаимосвязанные силы, необходимые обществу: защиту, мощь, жизненную полноту, устойчивость и способность к продолжению.
Однако важно не выдавать толкование за древнюю догму. Мы не знаем, как жрец Поревита объяснял его пять голов. Мы можем лишь осторожно предполагать, почему безоружное божество находилось рядом с ярко выраженным воинским образом Ругевита.
И здесь открывается неожиданная мысль: Поревит мог воплощать не сам удар, а силу, ради которой удар наносится.
Воин сражается не ради меча. Он сражается ради земли, дома, детей, памяти предков и права народа оставаться самим собой. Меч является лишь последним доводом. Поревит без оружия мог олицетворять то внутреннее состояние мира, которое и должен был защищать вооружённый Ругевит.
Пять лиц Поревита: всевидящий страж или выдумка поздних толкователей
Пять голов — самая известная черта Поревита. Она же стала источником бесчисленных фантазий.
Одни авторы видят в пяти лицах времена года, добавляя к привычным четырём особый переходный период. Другие связывают их с пятью сторонами пространства, пятью человеческими чувствами, пятью возрастами, пятью племенами или пятью проявлениями солнечной силы. Каждая версия может показаться убедительной, если изложить её достаточно уверенным голосом. Но убедительность ещё не является доказательством.
Средневековое описание сообщает о пяти головах, но не объясняет их значение.
Поэтому честный разговор должен разделять факт и толкование. Факт заключается в многоголовости изваяния. Всё остальное остаётся областью предположений.
Тем не менее сама многоликость важна. Она встречается в изображениях нескольких божеств балтийских славян. Святовит имел четыре головы, Ругевит — семь лиц, Поревит — пять голов, Поренут также был связан с пятеричной системой лиц, хотя его образ выглядел иначе. Подобные изображения явно выражали не телесную необычность ради устрашения, а множественность возможностей божественного зрения и присутствия.
Бог с одним лицом смотрит в одну сторону. Бог с несколькими лицами не имеет слепой спины.
Именно поэтому многоликость легко приобретает воинское значение. Страж, охраняющий землю, не может позволить себе видеть лишь врага перед собой. Угроза приходит с разных направлений. Опасность может скрываться за спиной, проникнуть изнутри, явиться под видом союзника или возникнуть там, где вчера всё казалось спокойным.
Пять лиц Поревита можно воспринимать как образ силы, которую невозможно застать врасплох.
Но это именно толкование, а не расшифрованная надпись с древнего храма. Его ценность заключается не в претензии на окончательную истину, а в способности раскрыть внутреннюю логику образа.
Обычный воин полагается на острый клинок. Настоящий страж прежде всего должен видеть.
Почему у Поревита не было оружия
Отсутствие оружия может означать гораздо больше, чем его наличие. Меч сразу предлагает понятное объяснение: перед нами воин или властитель, способный применить силу. Безоружный образ оставляет пространство для спора.
Возможно, Поревит вообще не относился к воинственной области и был связан с плодородием, жизненной полнотой или определённым периодом годового цикла. Подобные толкования существуют и заслуживают внимания. Но даже в таком случае противопоставлять плодородие войне было бы ошибкой современного человека.
Для земледельческого народа плодородие являлось основой военной независимости. Голодная община не могла выставить сильную дружину. Земля, не дающая урожая, становилась лёгкой добычей. Потеря стад означала потерю пищи, обмена, жертвенных животных и общественного положения. Защищать плодородие значило защищать само существование народа.
Поэтому безоружный бог мог быть важнее вооружённого воина. Дружинник выигрывает одно сражение. Сила земли позволяет вести борьбу поколениями.
Есть и другое толкование. Поревит мог быть без оружия не потому, что не способен сражаться, а потому, что сам является силой, не нуждающейся в внешнем орудии. Меч можно отнять. Копьё ломается. Щит раскалывается. Внутренняя стойкость народа не висит на поясе и не хранится в оружейной.
Конечно, было бы соблазнительно объявить именно эту версию единственно правильной. Но тогда мы повторили бы ошибку тех, кто без доказательств превращает каждый древний символ в готовую философскую систему. Честнее сказать: отсутствие оружия остаётся загадкой. Однако именно эта загадка делает Поревита одним из самых необычных образов славянского пантеона.
Вооружённый бог понятен с первого взгляда.
Безоружный заставляет думать.
Поревит и Ругевит: тот, кто сражается, и то, что он защищает
Ругевит, Поревит и Поренут почитались в одном культовом центре. Вероятно, их соседство имело смысл, понятный местным жрецам и общине. Сегодня мы видим лишь отдельные черты, но можем попытаться рассмотреть их вместе.
Ругевит выглядел откровенно воинственно. Его образ связывался с мечами, силой и войной. Поревит был пятиглавым и безоружным. Поренут также имел пять лиц, но одно из них располагалось на груди, а руки касались его головы.
Три образа словно показывают разные состояния силы.
Ругевит — сила, вышедшая наружу и готовая уничтожить противника.
Поревит — сила собранная, цельная, наблюдающая и не нуждающаяся в показном оружии.
Поренут — сила, которая обращена внутрь, удерживает или восстанавливает нечто нарушенное.
Это лишь одна из возможных интерпретаций, но она позволяет увидеть в кореницких святилищах не случайный набор богов, а сложное представление об устройстве общества.
Народу недостаточно одного яростного защитника. Ярость без меры разрушит собственный дом. Нужна сила, которая понимает, ради чего ведётся война. Нужен порядок, способный пережить победу. Нужна способность восстановить разрушенное.
Ругевит может выиграть битву. Поревит должен сохранить мир, ради которого эта битва началась.
Именно поэтому Поревита можно назвать воином другого рода. Он не бросается вперёд с мечом. Он олицетворяет устойчивость, без которой воинская ярость превращается в обычный разбой.
Возможно, современному человеку особенно трудно понять такую силу. Мы привыкли считать сильным того, кто громче кричит, жёстче угрожает и быстрее наносит удар. Древняя община знала: настоящий защитник определяется не количеством побеждённых врагов, а тем, сохранился ли за его спиной дом.
Воин начинается не на поле боя
Поревит заставляет пересмотреть само понятие воина. Воин — это не человек, который любит сражаться. Любовь к насилию делает не воином, а опасным безумцем. Воин появляется там, где человек принимает ответственность за то, что не должно быть отдано врагу.
Пока нет ответственности, оружие остаётся железом.
Можно носить меч и быть трусом. Можно не держать оружия и сохранять такую стойкость, о которую разбиваются угрозы. Можно победить противника, но проиграть самому себе. Можно уцелеть в сражении и навсегда потерять честь.
Традиционное воинское сознание строилось вокруг дисциплины, верности, способности терпеть лишения и подчинять личный страх общему долгу. Война была не романтическим приключением, а испытанием всего общественного порядка. Если дружина думала только о добыче, она превращалась в стаю грабителей. Если властитель искал лишь славы, народ расплачивался за его тщеславие.
Образ Поревита без меча позволяет поставить неудобный вопрос: не потому ли он безоружен, что проверяет человека до того, как тот получит право взять оружие?
Воинская сила начинается не с удара, а с самообладания. Не с угрозы, а с решения. Не с ненависти к чужому, а с понимания ценности своего.
Такое толкование невозможно доказать как точное содержание древнего культа. Но оно не противоречит главному видимому противоречию Поревита: могучий многоликий бог представлен без вооружения.
Возможно, он не показывает, как нужно убивать врага. Он показывает, кем необходимо стать, чтобы не проиграть ещё до начала битвы.
Поревит как сила зрелого воина
Юный боец часто хочет доказать мужество нападением. Зрелый воин знает цену каждому удару. Молодой хвастается оружием. Опытный не достаёт его без необходимости. Неуверенный повышает голос. Сильный способен говорить спокойно, потому что ему не требуется постоянно изображать опасность.
В этом смысле безоружный Поревит выглядит не слабым, а пугающе уверенным.
Его пять голов могут быть восприняты как полнота внимания. Он не ослеплён яростью, не захвачен одним направлением, не превращён в орудие собственного гнева. Он наблюдает, оценивает и удерживает целое.
Меч Ругевита уже вынут из ножен. Сила Поревита ещё не превратилась в удар, но именно поэтому сохраняет множество возможностей.
Это принципиально разные состояния. Нанесённый удар необратим. Пока сила удержана, остаются выбор, предупреждение, переговоры, отступление противника и возможность избежать бессмысленной крови. Способность не ударить иногда требует большего мужества, чем способность ударить.
Но здесь легко впасть в другую крайность и представить Поревита исключительно мирным и кротким божеством. Оснований для этого также нет. Безоружность не равна беспомощности, а сдержанность не означает отказа от сопротивления.
Настоящий воин не тот, кто никогда не применяет силу. Настоящий воин тот, кто не становится рабом собственной силы.
Поревит как образ зрелого воина особенно важен сегодня, когда воинственность часто сводят либо к бездумной агрессии, либо к красивой одежде, символам и громким словам. Древнее изображение молча задаёт неприятный вопрос: что останется от человека, если снять с него оружие?
Если вместе с мечом исчезают мужество, достоинство и способность держать слово, значит, воина никогда не существовало.
Пять голов и один народ
Многоголовость Поревита можно рассматривать и как образ общественного единства. Пять голов соединены с одним телом. Они смотрят в разные стороны, но не разрывают божество на пять отдельных существ.
Для любой общины это жизненно важный принцип. Люди могут видеть мир по-разному, занимать разные места, выполнять разные обязанности, спорить и даже соперничать. Но перед общей угрозой они должны оставаться единым телом. Иначе множество взглядов превращается не в преимущество, а в раскол.
Война выигрывается не только числом бойцов. Она выигрывается способностью действовать согласованно. Один предупреждает об опасности, другой принимает решение, третий держит строй, четвёртый снабжает дружину, пятый защищает дом. Если каждый считает важным только собственное дело, противник побеждает ещё до столкновения.
Пять голов Поревита могут символически напоминать: видеть по-разному не означает идти в разные стороны.
Это особенно раздражающая мысль для общества, в котором спор давно перестал быть способом поиска истины и превратился в соревнование по уничтожению собеседника. Каждый хочет быть единственной головой, имеющей право говорить от имени всего тела. В результате тело теряет способность двигаться.
Поревит не требует слепого одинакового мышления. Его образ, напротив, сохраняет множество лиц. Но за различием лиц остаётся единство существа.
Возможно, именно такая модель и нужна сильному народу: не безмолвная одинаковость, а согласованная множественность.
Почему из Поревита делают бога победы, лета и грабежа
Недостаток сведений породил огромное количество поздних толкований. Поревита называют богом войны, победы, летнего плодородия, мужской силы, урожая, лесов, грабежа и раздела военной добычи. Иногда эти функции смешивают в одном описании так, будто древние жрецы оставили подробную книгу храмовых правил.
Но такой книги нет.
Особенно подозрительно выглядят рассказы, в которых Поревит после победы якобы появлялся на поле боя и распределял захваченную добычу. Подобная картина хорошо подходит для приключенческого повествования, однако надёжного древнего свидетельства под ней не видно. Это не значит, что раздел добычи не имел священного значения. В воинском обществе он действительно был важнейшим вопросом справедливости, власти и сохранения верности дружины. Но приписывать эту обязанность именно Поревиту без достаточных доказательств нельзя.
Не менее спорны попытки объявить его богом середины лета исключительно на основании поздних сопоставлений имён и сезонных циклов. Такая версия может обсуждаться, но не должна преподноситься как установленный факт.
Зачем же современные авторы постоянно расширяют обязанности Поревита?
Потому что признаться в незнании трудно. Пустое место пугает. Читателю хочется получить полный портрет, а автору — выглядеть хранителем тайного знания. Так рождаются точные даты праздников, подробные родословные и описания обрядов, которых никто не зафиксировал.
Но уважение к предкам не состоит в том, чтобы сочинять за них.
Иногда честная фраза «мы не знаем» сохраняет древнюю традицию лучше, чем сто страниц уверенной выдумки.
Поревит не становится меньше из-за отсутствия подробной биографии. Напротив, его немногословный образ сохраняет ту глубину, которую легко уничтожить лишними объяснениями.
Падение Поревита: можно ли срубить бога топором
Когда завоеватели уничтожили изваяние Поревита, они стремились доказать жителям Кореницы бессилие прежней веры. Деревянное тело упало. Храм лишился своего главного образа. Священный порядок был публично унижен.
Для победителей всё выглядело просто: если статуя не смогла защитить себя, значит, бог не существует или не обладает силой.
Но подобная логика слишком удобна. По ней любое разрушенное святилище доказывает ложность веры побеждённых, а любой уцелевший храм — истинность веры победителей. Тогда истина определяется не смыслом, а количеством воинов и остротой топоров.
История человечества заполнена разрушенными святынями. Одни храмы сжигали, другие перестраивали, третьи разбирали на камень. Но уничтожение изображения никогда не гарантировало уничтожения памяти.
Поревит пережил людей, рубивших его статую. Их имена почти никому не известны, а пятиликий безоружный бог продолжает вызывать вопросы спустя столетия.
В этом есть горькая ирония. Завоеватели хотели превратить Поревита в доказательство победы новой веры. Вместо этого именно рассказ о его уничтожении сохранил имя божества для будущих поколений.
Топор победил дерево.
Но не победил образ.
Поревит против культа показной силы
Сегодня воинственность стала товаром. Её продают через одежду, украшения, изображения хищников, суровые изречения и громкие заявления о принадлежности к древнему роду. Человек может окружить себя символами силы, ни разу не проявив стойкости там, где она действительно нужна.
Поревит неудобен для такой моды. На нём нет оружия, которое можно было бы эффектно показать. Он не демонстрирует победную позу. У него нет сохранившейся легенды, позволяющей бездумно повторять готовые слова.
Он требует внутреннего ответа.
Способен ли человек защищать слабого, когда это не приносит выгоды? Может ли он отвечать за собственные решения? Умеет ли держать слово, когда никто не проверяет? Сохраняет ли спокойствие перед угрозой? Может ли отказаться от бессмысленной драки, не испугавшись насмешки? Готов ли вступить в борьбу, если отступление означает предательство?
Вот где начинается воин Поревита.
Не в фотографии с мечом. Не в грозной надписи. Не в рассказе о великих предках, за которым скрывается пустая современная жизнь.
Воинская сила определяется не тем, что человек носит на груди, а тем, что он не позволяет сломать внутри себя.
Именно поэтому образ безоружного бога может оказаться опаснее целой стены вооружённых идолов. Он лишает человека возможности спрятаться за внешними признаками.
Был ли Поревит богом плодородия
Связь Поревита с жизненной силой и плодородием обсуждается исследователями и авторами реконструкций. Само имя пытались толковать через понятия поры, силы, напора, полноты и способности действовать. Однако происхождение имени остаётся предметом споров, а значит, строить на одной этимологии окончательное учение нельзя.
Но даже возможная связь с плодородием не противоречит воинскому прочтению.
Плодородие — это не мягкая декоративная тема о цветах и летнем солнце. Это жестокая борьба жизни за продолжение. Семя должно разорвать оболочку. Росток пробивается через землю. Животное защищает потомство. Род отстаивает территорию, пищу и право продолжаться.
Для древнего общества урожай был не красивым дополнением к жизни, а условием выживания. Неурожай убивал больше людей, чем многие битвы. За плодородную землю сражались, её освящали, наследовали и защищали.
Если Поревит действительно был связан с полнотой жизненной силы, это делало его не менее, а, возможно, более важным для воинского мира. Он воплощал то, что враг стремился отнять: способность народа кормить детей, восстанавливать потери и продолжать существование.
Ругевит защищает границу сегодня.
Поревит даёт силу тем, кто будет защищать её завтра.
Воин, которому не нужна вечная война
Самая опасная подмена происходит тогда, когда воинский дух начинают отождествлять с постоянной потребностью во враге. Человек привыкает чувствовать себя сильным только в состоянии ненависти. Если настоящий противник исчезает, он назначает врагами соседей, родственников и вчерашних союзников.
Такой человек не защищает мир. Он не способен в нём жить.
Поревит без оружия предлагает другую модель. Воинская сила может существовать в состоянии покоя. Она не исчезает, когда меч вложен в ножны. Напротив, именно способность сохранять силу без непрерывного насилия отличает защитника от разрушителя.
Безоружность Поревита можно понимать как образ мира, который не стал слабым. Это не покорность и не отказ от сопротивления. Это порядок, обладающий достаточной внутренней уверенностью, чтобы не превращать каждый день в битву.
Возможно, поэтому Поревит особенно важен рядом с Ругевитом. Один напоминает, что народ должен быть способен сражаться. Другой — что народ существует не ради сражения.
Если война становится смыслом жизни, победа уже невозможна, потому что человек разучился жить после неё.
Настоящий воин мечтает не о бесконечной битве. Он мечтает о таком мире, в котором детям не придётся повторять его путь. Но он готов вступить в бой, если этот мир пытаются уничтожить.
Такой воин не слаб. Он просто знает цену оружию.
Почему Поревит остаётся одним из самых спорных славянских богов
Поревит неудобен одновременно для скептиков и для безудержных почитателей реконструированного язычества.
Скептики готовы отбросить его как незначительное местное божество, о котором почти ничего не известно. Но само существование отдельного храма и большого многоголового изваяния показывает, что для жителей Кореницы этот образ был далеко не пустяком.
Безудержные реконструкторы, напротив, стремятся заполнить каждую неизвестность подробностями. Они легко объясняют значение пяти голов, назначают Поревиту праздник, супругу, священное дерево, цвет одежды и перечень даров. Чем меньше сведений, тем увереннее порой звучит рассказ.
Обе позиции упрощают прошлое.
Поревит не обязан быть либо полностью понятным великим богом, либо бессмысленным деревянным истуканом. Между этими крайностями находится настоящая история: локальный, но значительный культ балтийских славян, сложный многоликий образ, связь с другими божествами Кореницы и утраченное учение, которое невозможно восстановить целиком.
Мы можем обсуждать его воинское значение. Можем видеть в безоружности знак сдержанной силы, а в пяти головах — полноту зрения. Можем предполагать связь с жизненной мощью, плодородием и устойчивостью общества. Но обязаны каждый раз помнить, где заканчивается свидетельство и начинается наше толкование.
Это не ослабляет статью о Поревите.
Это возвращает ей честность.
Поревит как воин: окончательный ответ
Был ли Поревит богом войны в прямом смысле? Надёжных оснований для категорического утверждения нет.
Был ли он частью религиозного мира народа, для которого защита земли, культовая независимость и военная сила имели огромное значение? Безусловно.
Может ли его образ восприниматься как воплощение особой воинской силы? Да, если не подменять древние сведения современной фантазией.
Поревит — это не воин, размахивающий мечом. Это воин, который остаётся воином, когда меча в руках нет. Его сила не сводится к нападению. Она проявляется в бдительности, собранности, единстве и способности сохранять то, ради чего вообще стоит вступать в борьбу.
Пять голов смотрят в разные стороны, но принадлежат одному телу. В этом можно увидеть образ народа, который замечает угрозы, не теряя внутреннего единства. Безоружность показывает, что сила существует раньше оружия и не исчезает после того, как бой закончен.
Поревит не обещает лёгкой победы. Он задаёт более тяжёлый вопрос: достоин ли ты того, что собираешься защищать?
Можно выучить имена богов и остаться человеком без памяти. Можно носить знак силы и предать при первой опасности. Можно громко говорить о роде и ничего не сделать для живых родственников. Можно восхищаться древними воинами, но не уметь отвечать за собственные слова.
Поревит снимает внешний блеск с воинского образа. Перед его пятью лицами невозможно спрятаться за красивым мечом.
Он видит страх.
Видит тщеславие.
Видит ярость, которой человек прикрывает слабость.
Видит верность, о которой никто не узнает.
Видит решимость защитить своё, не превращаясь в безумного разрушителя.
Именно поэтому Поревит остаётся воином, хотя средневековый рассказ не дал ему оружия.
Возможно, оружие было не нужно самому богу.
Оно требовалось людям, стоявшим перед ним.
